Книга АБВеди

1.13 Скифы

Для начала, обратимся к Геродоту. Для нас, прежде всего, интересен факт, что скифы сразу по своему рождению разделились на господ и рабов.

«По рассказам скифов, народ их – моложе всех. А произошел он таким образом. Первым жителем этой, еще необитаемой тогда страны, был человек по имени Таргитай. Родителями этого Таргитая, как говорят скифы, были Зевс и дочь реки Борисфена. Такого рода был Таргитай, а у него было трое сыновей: Липоксаис, Арпоксаис и самый младший – Колаксаис. В их царствование на Скифскую землю с неба упали золотые предметы: плуг, ярмо, секира и чаша. Первым увидел эти вещи старший брат. Едва он подошел, чтобы поднять их, как золото запылало. Тогда он отступил, и приблизился второй брат, и опять золото было объято пламенем. Так жар пылающего золота отогнал обоих братьев, но, когда подошел третий, младший, брат, пламя погасло, и он отнес золото к себе в дом. Поэтому старшие братья согласились отдать царство младшему. Так вот, от Липоксаиса, как говорят, произошло скифское племя, называемое авхатами, от среднего брата – племя катиаров и траспиев, а от младшего из братьев – царя – племя паралатов. Все племена вместе называются сколотами, т.е. царскими. Эллины же зовут их скифами»

Таким образом, племя паралатов заняло господствующее положение относительно других скифских племен. Данное положение являлось неоспоримым, поскольку установилось божественным образом через сброшенные с небес предметы. К подобным историям принято относиться как к сказкам, ну или в лучшем случае использовать для построения мистических догадок. Однако уже настало время разбираться в мистике не хуже, чем в любом техническом устройстве или в электронной схеме, поэтому к сказочным фактам давайте относиться с не меньшим уважением, чем к математическим. Именно такое отношение позволит в дальнейшем выстроить интересующую нас модель.

Теперь давайте рассмотрим следующий эпизод истории скифов, связанный с отношением господ и рабов: «Когда затем после 28‑летнего отсутствия спустя столько времени скифы возвратились в свою страну, их ждало бедствие, не меньшее, чем война с мидянами: они встретили там сильное вражеское войско. Ведь жены скифов вследствие долгого отсутствия мужей вступили в связь с рабами. От этих–то рабов и жен скифов выросло молодое поколение. Узнав свое происхождение, юноши стали противиться скифам, когда те возвратились из Мидии. Прежде всего, они оградили свою землю, выкопав широкий ров от Таврийских гор до самой широкой части Меотийского озера. Когда затем скифы пытались переправиться через озеро, молодые рабы, выступив им навстречу, начали с ними борьбу. Произошло много сражений, но скифы никак не могли одолеть противников; тогда один из них сказал так: “Что это мы делаем, скифские воины? Мы боремся с нашими собственными рабами! Ведь, когда они убивают нас, мы слабеем; если же мы перебьем их, то впредь у нас будет меньше рабов. Поэтому, как мне думается, нужно оставить копья и луки, пусть каждый со своим кнутом пойдет на них. Ведь пока они видели нас вооруженными, они считали себя равными нам, т.е. свободнорожденными. Если же они увидят нас с кнутом вместо оружия, то поймут, что они наши рабы, и, признав это, уже не дерзнут противиться”. Услышав эти слова, скифы тотчас последовали его совету. Рабы же, устрашенные этим, забыли о битвах и бежали. Итак, скифы были властителями Азии; затем после изгнания их мидянами они таким вот образом возвратились в родную страну»

Эта история похожа на выдумку. Если же принять её за правду, то упомянутые в ней рабы не вызовут ничего кроме презрения и покажутся не достойными внимания. Сам Геродот преподносит историю так, как будто подчиниться плётке их заставляет рабская сущность. К этим рабам не возникает сочувствия, не говоря о желании признать в них своих предков, а ведь это, как будет показано ниже, были те самые скифы, потомки старших братьев – племена, подчиненные паралатам.

Если относиться к истории с плёткой, как к сказке, выдуманной царскими скифами для собственного возвеличивания, то те рабы превращаются в пустое место, а скифы соответственно выглядят обыкновенными хвастунами. Но если принять эту историю как математический факт, то ответ на вопрос, почему уже свободные люди настолько легко признали свое рабство при виде плётки, станет понятным из другой истории.

Однако сначала необходимо сделать небольшое отступление. История готов у Иордана почти с абсолютной точностью повторяет историю скифов у Геродота. И тут нужно или обвинить Иордана во лжи или признать, что готы являлись прямыми потомками царских скифов. Поскольку мы здесь уже договорились относиться и подобным легендам, как и истине, давайте поверим Иордану и примем, что готы произошли от царских скифов, тем более, что Византийцы их именно так и называли. Тогда очевидно, что обычаи германцев, также как и русов произошедших от готов, берут свое начало в скифские времена. В этом утверждении нет ничего оригинального, поскольку в средние века это считалось несомненным фактом.

А вот теперь давайте рассмотрим эпизод из истории Корнелия Тацита. «О происхождении германцев и местоположении Германии».

«Играют германцы и в кости, и, что поразительно, будучи трезвыми и смотря на это занятие как на важное дело, причем с таким увлечением и при выигрыше, и при проигрыше, что, потеряв все свое достояние и бросая в последний раз кости, назначают ставкою свою свободу и свое тело. Проигравший добровольно отдает себя в рабство и, сколь бы моложе и сильнее выигравшего он ни был, безропотно позволяет связать себя и выставить на продажу. Такова их стойкость в превратностях этого рода, тогда как ими самими она именуется честностью»

Теперь сопоставим три приведенные истории. Очевидно, что бросание костей в последней, соответствует божественному жребию, в виде упавших с небес золотых предметов, в истории скифов. Тогда становится понятным, что решение молодых рабов подчиниться плетке, вызвано не их рабской сущностью, а благородством, заставившим признать законное право божественного жребия. Более того становится очевидным, что те рабы могли являться только скифами и никем иным, поскольку никакой другой народ не признал бы за обладателем плетки прав своего господина. Так как превосходства в силе у пришедших царских скифов не было, значит, плетка могла иметь только сакральный смысл, признать законную власть которого могли только другие скифы, на которых выпал божественный жребий быть подчиненными. Те самые рабы достойны вовсе не презрения, а уважения и безграничного удивления их благородству, выходящему за пределы современного понимания.

Таким образом, русский народ уже с момента своего образования под именем скифов, божественным жребием был разделен на две крупные социальные группы царей и их рабов. Причем это разделение было сакральным, незыблемым и основополагающим.

«За рекой Герром идут так называемые царские владения. Живет там самое доблестное и наиболее многочисленное скифское племя. Эти скифы считают прочих скифов себе подвластными. Их область к югу простирается до Таврики, а на восток – до рва, выкопанного потомками слепых рабов, и до гавани у Меотийского озера по имени Кремны. Другие же части их владений граничат даже с Танаисом»( Геродот История)

Рассмотрим подробнее некоторые свойства подчиненных народов.

Оседлый образ жизни этих как бы рабов, определил плавное, без скачков развитие археологических культур на данной территории, перетекающих из одной в другую, неизменность генотипа и антропологии народа этих культур, что подтверждено научными данными.

Это произошло вследствие того, что в скифском мире рабы вовсе не были похожи на привычных рабов из древней истории рабовладельческих государств. Скифы – пахари и скифы – скотоводы жили на своих землях свободно. В виде отдельных и самостоятельных племен, причем под охраной царских скифов. А царям они были обязаны лишь выплачивать дань. Кого такая ситуация не устраивала, имели возможность для ухода в другие края. Те же, кто остался образовали прочное ядро народа, прошедшее через тысячелетия от скифов до современных русских.

Комментировать

Будьте первым, кто оставит комментарий!